Минприроды планирует упразднить автономию региональных учреждений в рамках новой стратегии развития до 2036 года. Предложение предполагает создание единой вертикали управления для 139 федеральных учреждений.
В российском экологическом ведомстве готовится масштабная реформа, которая может полностью изменить облик системы особо охраняемых природных территорий (ООПТ). Согласно проекту новой стратегии развития до 2036 года (с горизонтом планирования до 2050 года), Минприроды намерено ликвидировать автономию региональных учреждений. Предложение предполагает объединение 139 действующих федеральных учреждений в единую вертикаль управления под эгидой одного центра.
Как стало известно экологической организации «Экспертный совет по заповедному делу» и подтвердил источник в профильном сообществе, суть инициативы заключается в передаче полномочий Росзаповедцентру (ФГБУ «Информационно-аналитический центр поддержки заповедного дела»). В ведомстве подчеркивают, что проект документа сейчас проходит стадию обсуждения, и итоговое содержание стратегии еще может скорректироваться по результатам сбора мнений заинтересованных сторон.
Логика министерства строится на идее создания «эффективной системы управления». В документе обосновывается, что реорганизация позволит консолидировать финансовые потоки, что даст возможность более гибко распределять бюджет на приоритетные задачи. Кроме того, министерство рассчитывает на оптимизацию расходов на персонал и создание единых кадровых резервов для решения спецзадач. В планах также — передача части полномочий от Минприроды подчиненным службам или агентству, включая функции по ведению государственного кадастра ООПму и предоставлению госуслуг.
Сегодня под прямым контролем Минприроды находятся 283 объекта, включая заповедники, национальные парки, ботанические сады и заказники. Ими управляют те самые 139 ФГБУ. Стоит отметить, что не все природные территории подчинены одному ведомству: часть объектов находится в ведении Минобрнауки, Минсельхоза, Рослесхоза, ФСО, Управделами президента, а также Минпросвещения и Минздрава. Региональные и местные парки управляются местными властями через специализированные дирекции. Масштаб системы впечатляет: на 30 июня в стране насчитывалось около 12 тысяч ООПТ всех уровней, покрывающих более 245 млн гектаров — это почти 14% всей территории России.
Однако инициатива вызвала резкое неприятие у тех, кто работает «в полях». Руководители заповедников, получившие проект в рабочих чатах, уже начали выражать протест. Один из участников обсуждения сообщил РБК, при этом многие директора природоохранных учреждений категорически не согласны с реорганизацией.
Ярким примером критики стала позиция Анны Квашниной, возглавляющей заповедник «Денежкин камень» в Свердловской области. В своем отзыве на проект она предупреждает, что реформа приведет к усложнению и удорожанию всех процессов. Главный аргумент — функция государственного надзора. Сейчас директор на месте лично контролирует соблюдение режима охраны, но при централизации все решения о проверках придется согласовывать с московским центром. Квашнина подчеркивает: физически невозможно организовать эффективные рейды по всей стране — от Калининграда до Камчатки — силами одной небольшой группы чиновников в столице.
«Экспертный совет по заповедному делу» также выступил с критикой, иронично заметив, что превращение 140 учреждений в 139 филиалов — это «эпохальное повышение эффективности». Эксперты указывают на немыслимую сложность управления таким количеством объектов из одного центра и на риск того, что на местах останутся лишь люди, лишенные реальных полномочий по рассмотрению административных правонарушений.
При этом в самом проекте стратегии заложены и позитивные амбиции. Разработчики фиксируют успех в сохранении биоразнообразия: благодаря мерам защиты удалось увеличить популяции ряда видов. Так, численность амурского тигра выросла с 520 до 750 особей, зубра — с 2,2 до 3,4 тысячи, сайгака — с 4 до 53 тысяч, дальневосточного леопарда — с 86 до 136, а снежного барса — с 65 до 90 животных. В планах ведомства — расширить перечень приоритетных видов, охватив всех представителей первой природоохранной категории.
Также стратегия предусматривает развитие инфраструктуры для экотуризма, спрос на который неуклонно растет. Для реализации этих целей Минприроды планирует внедрить современные цифровые технологии, усилить научную базу и обеспечить систему качественными кадрами. Однако остается открытым вопрос: удастся ли достичь этих целей через жесткую централизацию, которая уже вызвала столь серьезное сопротивление профессионального сообщества.
