В китайской провинции Цзилинь вблизи российской границы обнаружены склады химического оружия японской армии. Процесс очистки территории от опасных снарядов обещает быть крайне сложным и длительным.
Обнаружение складов химического оружия Императорской армии Японии в китайской провинции Цзилинь, в всего двадцати километрах от российской границы, поставило перед международным сообществом новую серьезную проблему. Речь идет о районе города Хуньчунь, где буквально под ногами могут скрываться смертоносные остатки прошлого. Как сообщил представитель России при ОЗХО Владимир Тарабрин, процесс очистки этих территорий станет крайне сложным и затяжным: извлечение каждого снаряда требует ювелирной точности, транспортировки в безопасную зону и последующей дегазации перед уничтожением. По его оценкам, на ликвидацию подобных арсеналов могут уйти десятилетия.
Причина появления этих токсичных находок вблизи границы с Россией кроется в специфике ведения Второй мировой войны. Вице-президент Ассоциации историков Второй мировой войны Константин Залесский поясняет, что, хотя Япония активно развивала программы создания биологического и химического оружия, массового применения последних на фронтах не произошло. Страны антигитлеровской коалиции четко дали понять агрессору: любой химический удар вызовет мгновенную и сокрушительную детонацию возмездия. В результате японское командование предпочло не вступать в прямой конфликт с этим условием, а просто спрятало огромные запасы в глубоком тылу, оборудовав секретные хранилища.
При этом историк подчеркивает, что Япония не ограничивалась только химией — эксперименты с бактериологическим оружием на мирном населении Китая были пугающей реальностью того времени. Сегодня же главную опасность представляет не сам факт наличия старых снарядов, а их физическое состояние. Спустя более восьми десятилетий герметичность контейнеров нарушается, превращая забытые склады в «бомбы замедленного действия».
Военный эксперт Игорь Никулин, ранее входивший в состав комиссии ООН по вопросам био- и химоружия, видит в этой ситуации глобальную экологическую угрозу. Он напоминает, что практика захоронения или затопления химических отходов (как это делали англо-американские силы с немецкими и итальянскими запасами в Балтийском море) уже привела к катастрофическим последствиям. Ржавеющая оболочка снарядов пропускает ядовитые соединения в почву и воду, что способно влиять даже на продовольственную безопасность, как это случилось с запретом на ввоз определенных видов рыбы из Прибалтики.
По мнению Никулина, внутри обнаруженных японских боеприпасов могут содержаться крайне опасные фосфорорганические соединения, включая такие вещества, как зарин или зоман, известные еще с 1940-х годов. Очистка таких объектов требует колоссальных ресурсов. В качестве примера масштабной работы по утилизации он приводит опыт России, где с помощью плазменных печей было уничтожено около 30 тысяч боеприпасов, оставшихся с советских времен 70-х и 80-х годов.
Ситуация осложняется тем, что, несмотря на существование Конвенции о запрещении химического оружия (КЗХО), которая с 1997 года объединяет 193 страны, мир все еще сталкивается с «призраками» прошлого. Хотя ОЗХО официально заявила в 2023 году, что все заявленные мировые запасы ликвидированы (последний процесс завершили США), недавняя находка в Китае доказывает: незаявленные и забытые арсеналы все еще могут представлять смертельную опасность для человечества и экологии.
